Положим рядом три снимка из Египетской экспедиции доктора Олега Мальцева.
На первом — здание в Александрии, на котором группа увидела кресты ордена францисканцев. На втором — каирский фасад, где рядом с печатью ордена тамплиеров стоят венецианские кресты. На третьем — храмовый комплекс Филе, где на камне снова и снова встречается рыцарский знак Ордена Иисуса Христа.
Один такой знак — деталь. Два — совпадение. Но что такое три — в разных городах, на объектах разного назначения? И главное: с какого момента исследователь вправе спросить себя — «это ещё совпадение или уже система?»
Город, в котором «Египта нет вообще»
Александрия не оправдала ожиданий. «Было понятно, что экспедиционный план необходимо менять», — пишут авторы журнала «Экспедиция» №8 по результатам Египетской экспедиции. Экспедиционный корпус под руководством доктора Олега Мальцева приехал расследовать египетскую цивилизацию (к подготовке изучили 177 источников), а увидел «обыкновенный европейский город-порт», по оценке исследователей — «Диснейленд»:
«…Впервые в Александрии мы поняли, что попали в такой себе Диснейленд, а следовательно, придется корректировать цели и ставить новые задачи на ходу. Да, мы видим Рим, мы видим Грецию, но не видим Египта.
Александрия это фикция; обыкновенный европейский город-порт, каких мы за годы экспедиционной деятельности повидали немало, только угробленный потребительским отношением. Все римское, а в основном — подделка для туристов, обман, который делали те же бедуины, которые сидят на входе и просят денег за камеру; настоящие египетские фрески не имеют к этому никакого отношения. Мы-то их достаточно повидали впоследствии, на юге Египта, в Луксоре, например. Александрию подают в качестве некой единой культурно-общественно-исторической достопримечательности, маркируя туристов как людей, которые должны увезти отсюда очень много впечатлений. Но по факту Александрия разграблена под ноль. Лишь заходя в храмы, попадаешь в среду Европейского мистицизма, которая здесь еще сохранилась. А возвращаясь на улицы — вновь попадаешь в этот винегрет из разных слоев, по большей части симуляционных…».
Единственное, что в этом городе заслужило внимания, — «превосходно сохранившуюся резиденцию Ордена францисканцев (о чем свидетельствовали как их кресты на здании, так и официальная табличка)». Запомним эту скобку: знак на стене подтверждён документом — официальной табличкой. Дальше такое подтверждение будет не всегда.
Похожее наблюдение записано и об архитектуре города: мечеть, христианские храмы и единственная сохранившаяся синагога в Александрии «возведены будто бы одними и теми же строителями», и «понять, где что, на экспертный взгляд, а не по табличкам, просто невозможно». А вот в храмах, отмечают исследователи, «попадаешь в среду Европейского мистицизма, которая здесь еще сохранилась».
(с) Александрия: храмы города (собор Сан-Марко, церковь Священного Сердца, церковь Благовещения, синагога Eliahu Hanavi). Источник: журнал «Экспедиция» №8, материал об Александрии.
Потом — Каир. Там доктор Мальцев обнаруживает, что Коптский музей «очень напоминает францисканский монастырь… насыщенным символикой внешним фасадом». В церкви Св. Георгия — «кроме печати ордена тамплиеров — венецианские кресты». И вывод, который группа формулирует тут же, на фасаде: «у таких зданий есть «хозяева», и они ставят свою печать». Это уже гипотеза о повторе, а не доказательство. Но ветеран Экспедиционного корпуса, личный ассистент доктора Мальцева Алиса Новоселова находит в городе более десяти церквей с европейскими названиями — и это уже не один фасад.
(с) Каир: фасады с крестами (Церковь Св. Георгия / Коптский музей / церковь Св. Варвары / церковь Св. Марии). Источник: журнал №8, материал об Египте, раздел «Каир»
Ещё дальше по стране один из участников научной группы в Египетской экспедиции вспоминает на страницах журнала о Храме Филе: «Штандарт рыцарский Ордена Иисуса Христа повсюду…». Говорится о крестах размером с человеческую голову — и тут же делается сравнение с предыдущими экспедициями Олега Викторовича: «Очень по-канарски, в стиле Иеронимо де Карранза, командора ордена». Далее в том же воспоминании — важная оговорка: «Какие-то из крестов сбиты». И ещё одна находка-сравнение: «Такие же острова с камнями, только без храмов»:
«…Храм Исиды на острове Филе поразил историей своей транспортировки. Англичане перенесли весь храм! Резали его на куски и перемещали. Штандарт рыцарский Ордена Иисуса Христа по- всюду, и никто этого не скрывает. «Очень по-канарски, в стиле Иеронимо де Карранза, командора ордена»,— заметил доктор Мальцев. Когда над этими крестами поработали — когда создавали, когда захватывали? Какие-то из крестов сбиты… Островная культура — одна из специализаций доктора Мальцева Олега Викторовича, так что он мгновенно определил и связи с Хорватией: «Такие же острова с камнями, только без храмов». 400 лет до н.э.— сцены рождения и вскармливания Исидой Гора мало чем отличались от традиционных библейских сюжетов с Девой Марией…»
В Карнаке крест, по описанию, «вбит в стену абсолютно так же, как и все остальные иероглифы… Всё это задокументировано». Где бы ни была экспедиционная группа, в текстах выпуска журнала по Египетской экспедиции повторяется одно: рыцарские кресты встречаются на египетских объектах «повсеместно».
(с) Храм Исиды на острове Филе, Асуан, Египет. Кресты Ордена Иисуса Христа на камне храма. Источник: журнал №8, материал об Египте (раздел «Филе»)
ЕГИПЕТ. ЛУКСОР. КАРНАКСИЙ ХРАМ
ГЕРМАНИЯ. ФРАЙЗИНГ
ХОРВАТИЯ. г.КОРЧУЛА
(с) Карнакский храм: кресты в стене рядом с иероглифами. Источник: журнал №8, материал об Египте (раздел «Карнак»)
Вопрос, заданный за 12 500 километров отсюда
В марте 2019 года научная группа Экспедиционного корпуса под руководством доктора Олега Викторовича Мальцева исследовала Мексику. Предметом работы стали, как сказано в монографии «Эффект Робинзона Крузо», пирамидальные комплексы майя, история испанской конквисты, «наследие Ордена Францисканцев и рыцарского ордена Св. Сантиаго». Заметим деталь, которая тогда ведь никуда не вела: францисканцы названы в перечне мексиканских задач. В Египте тот же орден окажется единственным, что стоит внимания в Александрии.
Ещё одно совпадение, на этот раз в словах. Чичен-Ицу монография называет «местным «Диснейлендом». Александрию исследователи также называют «Диснейлендом». Два разных города — одно и то же слово в оценке исследователей. Запишем его в блокнот с пометкой: это повтор в голосе наблюдателей, а не в объекте. Позже увидим, почему эта пометка важна.
Потом ученый вместе с экспедиционной группой приезжает в Египет, и ситуация повторяется уже на уровне архитектуры. «Начали анализировать предыдущие экспедиции, начали искать прототип и нашли его — это полуостров Юкатан в Мексике с храмом Кукулькана», — упоминается в выпуске №8 «Экспедиции» . Между Мексикой и Египтом 12 500 километров, «но на две эти страны одинаковые пирамидальные комплексы, один и тот же зооморфный символ — орел». В журнале это показано парами снимков: «Египет. Саккара» — «Мексика. Ушмаль». Сравнивая пирамиды Теотиуакана и Гизы, авторы пишут, что там и там три пирамиды, вершины двух из них стоят на одном уровне, и делают вывод: «Резонно усматривать в этом нечто большее, чем совпадение»:
«…И вот здесь у научной группы формируется представление о Египте и корректируются задачи экспедиции. Начали анализировать предыдущие экспедиции, начали искать прототип и нашли его — это полуостров Юкатан в Мексике с храмом Кукулькана. Здесь же на сравнении нескольких экспедиций появляется гипотеза о ложной цивилизации, о хорошо замаскированных центрах подготовки некой третей силы для решения геополитических задач.
Между Мексикой и Египтом 12500 километров, но на две эти страны одинаковые пирамидальные комплексы, один и тот же зооморфный символ — орел, легенды про несметные богатства, которые разграбляли, и т.д. Исследования научной группы под руководством доктора Мальцева в 2020 году на Юкатане невероятно помогли сейчас совершенно другим взглядом оценивать то, что происходило в Египте. Связь между этими двумя странами крайне интересна и требует детального глубинного исследования и рассмотрения. Чем, в общем-то, и была занята экспедиционная группа. Египет открылся совсем с другой стороны, для многих — к их сожалению. Нет страны all-inclusive’а, есть нечто другое… Кто следил за исследованиями в Мексике, на Юкатане, тот четко сможет увидеть, что даже структура пирамид, эти пороги-уровни идентичны мексиканским. Так же, как и на Юкатане, перед пирамидой существует тренировочный плац, на котором строится легион. Все места расписаны: люди в атаке, люди в обороне… Именно в Саккаре у ученых впервые возникла гипотеза о ложной цивилизации Египта…»
ЕГИПЕТ. САККАРА
МЕКСИКА. УШМАЛЬ
ЕГИПЕТ. САККАРА
(с) «Египет. Саккара» — «Мексика. Ушмаль». Источник: журнал №8, материал об египетской экспедиции, раздел сопоставления Мексики и Египта (с. 110–111)
Здесь важно движение мысли ученых, а не результат. Пирамиды, уровни, оси — это сходство форм. Формы могут возникать у разных строителей независимо. Крест с опознаваемым орденским рисунком — уже не форма, а подпись. «У таких зданий есть «хозяева», и они ставят свою печать», — сказано в журнале по поводу каирских фасадов. Если повтор подписи подтвердится, масштаб вопроса меняется: между «похожим» и «сделанным одной рукой» стоит знак равенства только в одном случае из двух — когда есть печать.
Есть в этой истории и одна фотографическая ирония. Исследователь не знает заранее, в какой стране окажется материал, отвечающий на вопрос, поставленный в другой. Поэтому кадры нужно снимать впрок — иногда без единого вопроса, который они будут подтверждать.
Три чтения одного креста
Прежде чем считать повтор, нужно честно выложить на стол все объяснения, которые существуют. Крест на стене в Египте допускает как минимум три прочтения.
Чтение первое — христианская метка на языческом храме. Авторы монографии «Эффект Робинзона Крузо» приводят такой случай: в Абидосе кресты выбиты поверх лиц изображённых богов, а египетский знак анх стал коптским крестом. Для подобных практик авторы ссылаются на историка Сократа Схоластика. Сила этого чтения — документальное прецедентное основание: так действительно поступали. Слабость — оно объясняет крест на лице бога, но не совместное появление рыцарских знаков с узнаваемыми орденскими рисунками на фасадах церквей и на стенах древних храмов.
Чтение второе — версия экспедиции: печать орденов. В монографии подписи к снимкам дают точные адреса: «Символ ордена Францисканцев, Александрия», крест калатравы (испанского рыцарского ордена) на церкви св. Марка в Александрии, «Крест госпитальеров» на Храме Исиды. Без документального подтверждения авторы называют это гипотезой: «Конечно, это пока всего лишь гипотеза». Сила чтения — в точности рисунка: крест ордена Христа или калатравы не сложно отличить от безличного христианского знака. Слабость — всё то же ограничение, которое отмечают авторы монографии на с. 79: для древних объектов нет «статических индикаторов», чтобы убедиться, что символ не менялся за долгий срок, а значит, идентификация затруднена.
Чтение третье — редакционная рабочая позиция: независимое сходство. В источниках есть непрямое основание для её формулировки: сами исследователи ставят рядом египетские и христианские образы — Хора, поражающего Сета копьём, и св. Георгия; богиню Нут и Мадонну «Знамение». Если визуальные сюжеты переходят из одной традиции в другую, то и кресты могли быть просто языком разных эпох, а не подписью одного автора. Сила — такие переносы образов зафиксированы в самой монографии. Слабость — она не объясняет, почему именно рыцарские рисунки крестов, а не всякие.
Разброс трёх чтений — не проблема. Проблема в том, каким инструментом их различать. Дальше — о том, как экспедиция искала этот инструмент.
Что мы вправе считать повтором
Доктор Мальцев рекомендует исследователю простое мерило, о чем упоминается в монографии «Эффект Робинзона Крузо»: ключевой признак должен опираться минимум на три разнородных источника, идеально — на пять (с. 120, 124, 131). Разнородных — значит, не три снимка одного и того же типа. Применим это правило к тому, что уже лежит на столе, и разделим наблюдение и вывод.
Наблюдения.
Первое: на здании в Александрии стоят кресты францисканцев, и это подтверждено двумя разными свидетельствами — самими крестами и официальной табличкой.
Второе: на каирских фасадах экспедиция видит печать ордена тамплиеров и венецианские кресты; снимки и описание есть, но отнесение к ордену — вывод экспедиционной группы.
Третье: в Филе участник экспедиции описывает рыцарский знак Ордена Иисуса Христа и сравнивает его с Канарскими островами, оговариваясь, что «какие-то из крестов сбиты».
Четвёртое: крест в стене Карнакского храма, по описанию, вбит тем же способом, что и египетские иероглифы.
Теперь видно, что эти четыре наблюдения можно сравнивать по снимкам.
Правило места. Журнал сам показывает, как легко ошибиться с контекстом. В Александрии экспедиция услышала: «Всё, что вы видите, на самом деле сюда привезено… в Египте есть склад, куда свозят всё найденное во время раскопок». Дальше в тексте — про статуи с отбитыми головами, к которым прикручены головы «совершенно от другого объекта». Вывод для нашей задачи прост: перевезённый предмет ничего не доказывает о месте, где его сняли. Знак, вбитый в стену или видный на фасаде, не уедет. Вот почему мы считаем именно кресты на архитектуре, а не витрины.
Правило частоты. Монография (с. 79) формулирует довод достаточно осторожно: «Если бы это был единичный случай… но мы имеем дело с частотой повторений, а значит с некой тенденцией».
Правило языка. В монографии есть и другое понимание повтора: «Они не похожи, но тождественны» (с. 149). Такое тождество уже не проверить глазом по снимкам, оно требует отдельных доказательств. В этой статье мы берём только узкое значение: повтор — это то, что можно увидеть на двух разных фотографиях.
Что выдержало проверку, а что нет
Выдержало: кресты — это не один знак, а разные. В подписях монографии подряд идут: крест ордена францисканцев — Александрия; лилейный крест Калатравы и звезда Давида на церкви св. Марка; крест госпитальеров на Храме Исиды; фараон, сочетающийся с крестом тамплиеров, в Асуане. Не три копии одной картинки, а разные орденские подписи на разных объектах. Именно поэтому вопрос сразу меняется: мы уже не спрашиваем, «то ли это изображение». Мы спрашиваем, тот ли это механизм: разные «хозяева» ставят печать на египетских объектах.
(с) Асуан, Храм Исиды: «Крест госпитальеров», и фараон с крестом тамплиеров. Источник: монография, гл. 2, с. 79–80.]
(с) Александрия, церковь св. Марка: звезда Давида и лилейный крест Калатравы. Источник: монография, гл. 2, с. 79.
Выдержало: схема «два ордена, два храма» повторяется. В первой главе монографии, где разбираются предыдущие экспедиции, один раздел объясняет снимки из Мериды: два храма, Ордена Иисуса Христа и Ордена Святого Сантьяго, — «два ордена, два храма, две линии тайной организации». В Египте те же два ряда знаков: испанский крест Калатравы и крест Ордена Иисуса Христа — рядом с крестами францисканцев. Это повтор не картинки, а схемы, и ученые читают её как признак одной логики.
То, что нужно разделить. Для крестов в Абидосе монография сама приводит историческое объяснение (кресты, выбитые поверх лиц богов; анх, ставший коптским крестом; Сократ Схоластик). Так что внутри явления «кресты в Египте» сосуществуют как минимум два явления: расправа со старыми богами и орденские печати на зданиях. Их нельзя смешивать, и важно отличать:
«…Христианским крестом, в силу схожести, был заменен Анх — символ вечной жизни, который до сих пор почитаем у коптских христиан. Обычной практикой христиан было выбирать понравившиеся им символы и «крестить» их, делая своими. Вот что об Анхе пишет Сократ Схоластик:
«Между тем как происходил этот спор, некоторые, обратившиеся к христи- анству из язычества и понимавшие иероглифические письмена, истолковали те крестовидные знаки и объявили, что ими обозначается будущая жизнь. По сему объяснению, христиане еще с большей уверенностью стали относить их к своей религии и превозноситься перед язычниками. Когда же из других иероглифических письмен открылось, что в то время, как явится знак креста, означающий новую жизнь, храму Сераписа придет конец, тогда весьма многие язычники обратились к христианству, исповедали грехи свои и крестились. Это-то слышал я о тех крестовидных начертаниях. Не думаю, однако, чтобы египетские жрецы, начертывая изображение креста, могли знать что-либо о Христе, ибо, если тайна его пришествия в мир, по слову Апостола (Кол. 1, 26), была сокровенна от век и от родов и неизвестна самому начальнику злобы дьяволу, то тем менее могла она быть известна служителям его — египетским жрецам. Открытием и объяснением этих письмен промысл соделал то же, что прежде явил на апостоле Павле, ибо и сей, умудренный Духом Божиим Апостол таким же образом привел многих афинян к вере, когда прочитал начертанную на храме надпись и приспособил ее к своей проповеди. Разве только не скажет ли кто-нибудь, что слово Божие прорекалось в египетских жрецах точно так, как некогда в устах Валаама и Каиафы, которые проро- чествовали доброе против воли. Но довольно об этом».
(Сократ Схоластик, «Церковная история», кн. 4, гл. 17. Фрагмент из монографии «Эффект Робинзона Крузо» гл. 16, с. 293–294).
Когда совпадение становится исследованием
Вернёмся к фотографии символа францисканского ордена в Александрии.
Один знак можно рассматривать как отдельный исторический объект. Но рядом с ним появляются другие материалы: христианская символика Египта, кресты и исследования европейских орденов, архитектурные сопоставления Асуана и островных территорий.
Каждый из этих материалов требует собственного объяснения. Однако их совместное рассмотрение позволяет поставить вопрос, который не возникает при изучении одного изображения.
Существуют ли между ними связи, выходящие за пределы внешнего сходства?
Доктор Мальцев и экспедиционная группа предлагают собственную гипотезу и рассматривают результаты предыдущих экспедиций как аргументы в её пользу.
Но для научного исследования важно не только предложить объяснение, а установить, какие именно наблюдения его подтверждают, какие допускают иные трактовки и какие ещё требуют проверки. В этом отношении повторение становится значимым не тогда, когда исследователь насчитал достаточно похожих объектов. Оно становится значимым, когда появляется возможность выделить общий признак, установить условия его появления и проверить предполагаемую связь.
Тогда странная деталь перестаёт быть просто любопытной находкой. Она становится частью исследовательской задачи.
Фотография, которая дождалась своего вопроса
Египетская экспедиция 2021 года показывает, как далеко может простираться жизнь научного наблюдения. Материалы, полученные на одной территории, сопоставляются с результатами исследований, проведённых в других странах и в другое время.
Европейские символы, обнаруженные в Египте, возвращают внимание к истории религиозных и рыцарских организаций. Архитектурные комплексы вызывают вопросы об устройстве исторических территорий. Сравнение с Мексикой расширяет первоначальную проблему повторяемости символических и организационных принципов.
В результате перед исследователем оказывается уже не один необычный объект, а целая совокупность наблюдений.
Но именно здесь необходимо проявить наибольшую осторожность. Чем больше обнаружено сходств, тем сильнее желание увидеть за ними единую систему. И тем важнее проверить, действительно ли они имеют общее происхождение.
Фотография не даёт готового ответа. Она сохраняет свидетельство, которое можно исследовать повторно. И в этом её преимущество. Сделанный в экспедиции снимок способен пережить первоначальную гипотезу. Он может подтвердить её, поставить под сомнение или стать основанием для совершенно нового вопроса.
Когда странная деталь перестаёт быть случайностью?
Не в тот момент, когда мы нашли ей убедительное объяснение. И даже не тогда, когда обнаружили несколько похожих изображений. А тогда, когда повторение становится достаточно определённым, чтобы его можно было исследовать, сравнивать и проверять.
Возможно, именно поэтому научная фотография не заканчивается нажатием на спуск затвора. Иногда её настоящая исследовательская работа начинается спустя годы — когда в другой стране обнаруживается деталь, заставляющая вновь открыть старый фотографический архив. И тогда выясняется: экспедиция давно завершилась, но поставленный ею вопрос всё ещё находится в пути.
Автор — Майя Шнедович
Источники:
- монография «Эффект Робинзона Крузо»;
- материалы из выпуска №8 журнала «Экспедиция» по итогам Египетской экспедиции «Египет: ложная цивилизация»
_________________________________________________________________________________________________________
✒️ Подписывайтесь на наш Telegram канал «Экспедиция»
▪️У нас есть страница на Facebook
📝 Написать нам redaktor@expedition-journal.de
⭕️ Наши видео ресурсы на YouTube